Первые дни пребывания на экипаже. Вместе с сокамерником (сосед по каюте плавбазы) Валентином Бабкиным, „в тепле и уюте, в 2-х местной каюте» отужинав, перекуриваем и собираемся (переодеваемся в спецробу) идти на лодку. Изучать и сдавать зачеты. Валентин — управленец ЯЭУ (ядерной энергетической установки), по корабельному расписанию — командир группы дистанционного управления (КГДУ) и командир реакторного отсека, я — штурманенок, командир…
Октябрь-ноябрь, гнуснейшая пора для обитателей одной шестой части планеты Земля, под названием: Российская империя, СССР, Россия, — одним словом — Русь. Как она только не называлась, как не перестраивалась, но от злого рока ей не удается избавиться. Преследует родимую Русь всякая гнусь в эту пору, хоть плачь! Испокон веков, ежегодно и именно в эту пору, на нее сваливаются хляби небесные,…
На исходе третья неделя похода. Миновали все натовские рубежи ПЛО, слежения за собой не обнаружили и теперь болтаемся на просторах Атлантики. Прячемся. Вдали от интенсивных океанских коммуникаций (дорог). Наша главная задача — скрытность и готовность к нанесению ракетно-ядерного удара. Прятаться нам еще пару месяцев, а потом тишком-тайком шлепать в базу. Старшим на борту — замкомдива Громов Борис Иванович.
ПДК — пожарно-дезактивационный катер. Непременный участник погрузочно-разгрузочных работ торпедного и ракетного оружия. Вдруг что-то из этих железняк грохнется на причал и взорвется?! ПДК — тут, как тут. Водяной завесой мигом локализует всякую беду — пожар или термоядерный взрыв. Погрузка-выгрузка оружия с ЯБП — стратегическая операция. Кораблей-носителей ЯБП тьма-тьмущая, постоянно кто-то что-то выгружает-загружает, а ПДК — один. Так что он к…
Два закадычных друга, Боженко и Бороденко, оба минеры средних подводных лодок, на основе „закадычности» враз порешили круто изменить свою военную судьбу — сменить профессию. В минном деле, как нигде, вся загвоздка в щеколде. Минная „щеколда» им опостылела, командирство не светило по причине „ закадычности». На сдачу соответствующих зачетов требовались усилия в приобретении знаний, а в башке — одна „щеколда». И…
Лейтенант, прибывший на корабль из училища, естественно и заинтересовано пытался выяснить ступени своего будущего роста. Плох тот, кто не … и т. д. Разевал коробочку на будущие звезды. Мастодонты и динозавры подводной службы тут, как тут. Обрисуют и расскажут. Док (начмед) — Геша и химдым (начхим) — Леня. В их изложении „ступени» таковы.
Старенький фельдмаршал Михаил Илларионович Кутузов не гнушался посоветоваться со своим генералитетом и офицерами помладше перед принятием решения на сражение. Посоветовался фельдмаршал с подчиненными в Филях, и так надрал задницу императору Наполеону, что тот скакал от Москвы до Варшавы безостановочно. Ускакал бы и до Парижа, но уж больно хороша и любвеобильна была Мария Валевская. Утешился Наполеоша на ее груди и дальше…
И какой же русский не любит быстрой езды?! — задавался вопросом русский классик. И не потому, что этого не любят другие народы. В России нет дорог, а есть направления, — утверждал другой классик. Особый смак в быстрой езде, когда ты мчишься по бездорожью. От того и нет нам равных во всяких там авторалли Париж — Дакар. Командующий флотилией, он…
Несколько дней флотилия стояла на ушах в ожидании посещения Министром Обороны и Главкомом ВМФ. На всем пути высоких гостей, от Москвы до Мурманска, лютовала зима. И на земле, и в воздухе. Который уж день пуржило. Прилет задерживался. Флотилия уже конвульсировала от страха и усердия. И наконец-то, вот оно, оповещение: — Едут!
ЗКШ — записная книжка штурмана, рабочий документ, обязанный нести в себе записи наблюдений с правдивостью и точностью на уровне фотографическом. Великолепный продукт гидрографической службы ВМФ СССР, весьма ценимый не только штурманами, но и другими корабельными офицерами. Было время, когда штурмана получали их в гидрографии в любом количестве, потом, несколько позже, в количестве, равном „обходительности» штурмана. Флот рос, как на дрожжах,…
Все. Наш рпк СН свое отходил. Почему? Хотели бы и мы об этом знать. Для шестнадцатилетнего возраста вроде бы рановато отправляться на резку. Так решили на «верху». На Большом Козловском, в Главном Штабе ВМФ. А может, и еще выше. Им виднее. И прислали соответствующую директиву: „… оружие выгрузить. Переход на судоверфь совершить в надводном положении, в строго оговоренные сроки ……
Мифы, сказки, враки, анекдоты, одним словом — байки, помогают человеку скрашивать трудности быстротекущей жизни и выживать на грани возможного. Не каждую из них можно рассказать на дипломатическом приеме или при светской беседе в салоне среди чопорных мадмуазелей. Но если уж читатель добрался до этой странички, то и эта байка старых подводников может оказаться ему интересной.
Плавбаза подводных лодок «Полярная звезда» (ПБ плпл «ПЗ») свою юность отдала кайзеровским подводникам, молодость — фашистским. В «сорок пять — баба ягодка опять» досталась советским. Истаскалась и одряхлела до такой степени, что кроме забот о себе самой подводникам и предложить ничего не могла. Допекла она всех своей старостью и неизлечимыми болячками.
Ракетный подводный крейсер, сами понимаете, стратегического назначения, стал в сухой док на планово-предупредительный ремонт и кое-какую модернизацию. Срок стоянки в доке не более 2-х недель, другие стоят в очереди. По первой сизигии (максимальная приливная волна) вошел, по второй надо выйти. Судоремонтники мигом превратили подлодку в преддверие ада.