Без злачных мест – город не город. Образцово – показательным и идейно выдержанным таким местом был  «Пингвин». Для аборигенов. Это главно-центральный магазин, где постоянно обещали что-то «выбросить» и иногда что-то «давали». Город был закрыт для любых туристов, в том числе и для профсоюзно-отечественных. Командировочные посещали магазин  только после семнадцати часов, когда в нем открывали сусеки и «выбрасывали» алкоголь на прилавки….

Как немыслим Киев без Подола, так немыслим Северодвинск (Молотовск) без Эдельмана. Эдельман – зеркало еврейской нации. Сгусток мудрости и стоицизма своего народа. С огромным запасом плавучести. Прямо с горшка, он пошагал в жизнь с нюхом ищейки. Учуял запах революции и … бац!, он уже революционер. Повеяло НЭПом, а Эдельман уже нэпман. Столь успешным, что чуть-чуть расслабился и нюх потерял. Оказался…

С приходом на судоверфь, наш замуля, коренной помор–архангелогородец, не преминул оседлать пропагандистского коня. Засандалил нам лекцию: «Северодвинск — зеркало индустриализации». Ничего не скажешь, знал, стервец, о чем говорил. Соловьем пел об этом самоедском крае. От возникновения Соловецкого монастыря, Архангельска, до строительства Молотовска. — Триста лет Российская империя подбиралась к освоению этого края, а большевики освоили за двадцать. В 1918 году…

Отпуск —  это полярный день в душе подводника. Проводить его надо так, чтобы не было мучительно больно  за бесцельно пропитые деньги. Мне это удалось.  Мое уникальное общение с кавказским джигитом  было отнесено в разряд дорожной байки и никак не отразилось на моем «облико морале». Какой-то доброхот приволок эту информацию замполиту. Но и его чуткое ухо восприняло это событие, как анекдот,…

Все было прекрасно в Ялте. Теплое, ласковое море.  И море слегка одетых Сар. Сары, Сары! Кругом Сары! Глаза разбегаются, но каждую из них раздевают. Да и их глаза, кажется, выражают только одно: —  Ну что ты так медленно раздеваешь? Ну быстрее же!… Охренеть можно от томных влечений и неугасимого желания. Длительное пребывание в воде мало охлаждало пыл моего достоинства в…

Надо же было такому случиться, что первым, кого я обнаружил, был минер. Славный Гиви Липартия. Если на рпк Гиви большую часть времени восседал на электрогрелке, холя и лелея свой застарело-профессиональный радикулит, то в санатарии он облюбовал унитаз с восходящим душем. Ласкал свой, опять же профессиональный, геморрой. Прямо  с унитаза он попал в мои объятья. —  Гиви! Из всех твоих собратьев…

Скорый поезд «Киев – Симферополь» всю ночь тащил в своем чреве блестящего флотского лейтенанта. В своем ресторане.  Полка купейного вагона сиротливо пустовала, так и не дождавшись своего седока. Пился, лился из ушей, ноздрей и динамиков трансляции «Березовый сок». Пенилось искристое шампанское. Теплым ворсистым пледом обволакивал душу и тело выдержанный коньяк. Пели дрозды. Все пело и плясало!  Каждый взмах моей шаловливой…

—  Отдохни, как белый человек. Без закидонов и гусарства… —  проинструктировал меня старпом, вручая отпускной. —  Штурман! До ЮБК я еще не добирался. На всякий случай, будь готов к моему РДО. С получением, не мешкая, высылай телеграфом означенную сумму… —  озадачил и я, но штурмана. —  Ты же столько времени проторчал в прочном корпусе!!! Неужели не хватит отпускных?  —  вылупил…

—  Эх-х, ушел бы наш пароход годика на три в кругосветку, я бы и до каплея отмылся, и не переломился. Пришлось переносить муки береговых соблазнов, как схимнику. Стал лучшим другом помощника командира. Сам зачернил график офицерских нарядов своими дежурствами по лодке. Через день – на ремень. На полгода. Поскольку страсти-мордасти по сокрытию событий на «К-16» поулеглись, экипажу решили скомпенсировать прерванный…

Меня-то Клеопатра вернула из отпуска. СПНШ засиропил в сборный экипаж, с которым оказался сперва на плавбазе, а потом и на «К-19». Приперли ее в Северодвинск. Мой экипаж недолго нежился в отпуске. Отозвали и посадили в «К-16». Второй экипаж засандалили  на судоверфь,  менять уже нашу сборную солянку.  Чтобы и они пополоскали свои яйца в йодной яме. «Если радость на всех одна,…

До прихода в Западную Лицу безмятежно хрюкал на диванчике кают-компании «Санта-Марии». Как Клеопатра в своей уютной квартире. Многочасовая вахта любви, снотворная пилюля «Авось, пронесет!», сделали свое дело. Отменно выспался. Сошел на контрольный причал в слегка растрепанном виде, но в бодром духе. И сразу попал в лапы СПНШ (старший помощник начальника штаба) нашей дивизии. На «опознание». Он встретил меня, как родного,…

Комендант, как все коменданты — даже без зачатков юмора. Подполковник, в черной флотской форме, но с красными просветами на погонах. Просветы, будто лучики, отлетали от его красной упитанной рожи и ложились на погоны могучих плеч. Могучесть этого детины не могла не вызвать восхищения. — Попадаешься к такому в лапы, не только заставит заговорить, но и вырвет гланды у тебя, через…

К дверям телестудийного здания я пришмыгал в подлодочном состоянии. В легонькой прострации и в абсолютной готовности к решительным действиям. На мое физическое состояние намекала малая стрелка часов,   разглядывающая  «6» на циферблате. Хмуро и кисло, будто разглядывает мои тапочки. Большая стрелка часов, будто Р-13 на стартовом столе, нацелилась на цифру 12, к старту в небеса.

За окнами беснуется Полярный день, а я повис, как жаворонок в поднебесье,  пою свою песню любви. Уют — потрясающий. Пассия  офигенно отзывается и ненасытна поболее меня. Заступил  на бессменную вахту. За себя и за того парня, который тралил в это время… селедку, где-то на Ньюфаундленской банке. Не посрамил честь военмора. Столь славно правил вахтой, что перекусоны-выпивоны  совершались будто на бегу,…