Как дышали под водой в 1913 году?
В новой статье нашей рубрики «Архивы «Нивы»» мы разбираем удивительные страницы истории водолазного дела! Узнайте, как инженеры начала XX века совершили революцию: от громоздких шлангов к первым автономным аппаратам, и даже к подводным саням на буксире!
Каким был первый скафандр без трубы? Сколько времени водолаз мог провести на дне? И при чём тут Кронштадтская школа? Читайте материал на сайте «Морполит».
Водолазы старых времен, да и теперь еще искатели жемчуга на востоке не знали и не знают никаких особых аппаратов и приспособлений для спуска под воду и для дыхания. Первобытный водолаз, это—просто человек, который не боится воды и умеет долго сдерживать дыхание. Но с течением времени, когда от водолазов потребовались более трудные службы, чём, так, какую может выполнить невооруженный человек, стали постепенно придумывать разные приспособления, с помощью которых водолаз может подольше оставаться под водою и работать.
Важнейшее условие успешного пребывания под водою — это, конечно, обеспечение дыхания. Первое, что пришло в голову людям, чтобы выполнить это главный пункт водолазного дыхания, был шлем на голову водолаза. Этот шлем надевался так, что плотно, герметически охватывал шею, чтобы вода никак не могла проникнуть внутрь его. Запаса воздуха внутри этого колпака, конечно, хватало на некоторое время, но все же очень не надолго, и через 5—10 минут, глядя по объему шлема, водолазу уже грозило удушение. Потом, стремясь увеличить объем этого шлема, его распространили на все тело водолаза, т.-е. весь он целиком заключался в водонепроницаемый футляр или кокон; воздушный запас водолаза стал побольше, но все-таки ему приходилось все время дышать скверным и в минуты на минуту удушающимся воздухом, и вся его работа под водою могла продолжаться, быть-может, не четверть часа или минут двадцать.
Следующим шагом в развитии водолазного дела был водолазный колокол, в который воздух накачивался сверху через трубку. Но тут водолазу приходилось работать под уже высоким давлением. Надо помнить, что, напр., на глубине 20 сажен давление воды равняется пятикратному давлению воздуха; а при таких условиях водолаз не мог долго выдержать, да и во время работы он находился под влиянием далеко не нормальных условий.
В последние годы мало-по-малу из всех прежних типов выработался усовершенствованный тип, так называемого скафандра, который теперь всюду и применяется в водолазном деле. Снаряжение современного водолаза состоит из водонепроницаемой одежды, облекающей весь его корпус, из головного шлема со стеклами, через которые водолаз может смотреть во все стороны, и свинцовой обуви, которая тянет его книзу и позволяет преодолевать сопротивление воды, стремящейся вытолкнуть его на поверхность. Длинная, гибкая и прочная труба соединяет шлем с наружным воздухом, и через нее внутрь шлема постоянно накачивается свежий воздух, выдыхаемый же воздух выпускается через другую трубку. Такое приспособление в его простейшем виде хотя и позволяло работать под водою довольно продолжительное время, но страдало всеми недостатками водолазного колокола или подводного кессона, в каких люди опускаются, напр., на дно реки при сооружении мостов. Сильное давление воздуха (а оно необходимо, потому что надо одевать при накачивании воздуха сопротивление давлению воды) очень вредно действует на легкие, причиняет удушье, головокружение, рвоту и даже смерть.
Дальнейшим усовершенствованием в этой области был прибор Рукера-Лейенцуга. В нем воздух накачивается не в шлем, а в сосуд, который водолаз несет на себе, и в котором воздух поддерживается при обыкновенном атмосферном давлении.
Недавно водолазное общество в Любеке выпустило в обращение новый дыхательный снаряд для водолазов. На рис.1 представлена полная общая схема устройства этого прибора. ОН состоит из двух стальных сосудов, содержащих в себе сильно сжатый кислород. Тут, конечно, водолазу приходится тщательно регулировать выпуск кислорода из его вместилища; он это и делает простым поворотом крана, управляющего особым снарядом—коробкой, которая автоматически управляет всем движением газов внутри прибора. Запас же кислорода рассчитан так, что водолаз может оставаться под водой 2—3 часа, смотря по объему его груди и энергии дыхания, конечно, зависящей от напряжения сил при производимой им под водой работе.
Когда надо подняться, водолаз выпускает газ по особой трубке внутрь своей одежды, которая, надувшись, как пузырь, выплывает наверх, увлекая за собой и человека. Шлем в снаряде этой системы также устраивается особенным образом, с таким расчетом, чтобы изменение внешнего давления мало отзывалось на давлении внутри шлема. Благодаря такому устройству, спуск и подъем водолаза могут совершаться гораздо быстрее, чем при прежних снаряжениях. А для того, чтобы одежда, надутая газом, по мере подъема водолаза и, следовательно, по мере уменьшения внешнего давления не надулась донельзя и не лопнула, она снабжается особым клапаном, который сам открывается, когда давление одежды внутри дойдет до известного угрожающего предела, и через клапан вытекает излишний газ; а вслед за эту отбавкою лишнего газа клапан снова закрывается.
Другою крупною новостью в водолазном деле, только-что пущенною в ход этой же любекскою фирмою, являются санки для водолазов, представленные на прилагаемых рисунках 3, 4 и 5. Основою снаряда служат полозья, передние концы которых круто и высоко загнуты кверху; эти полозья в трех местах связаны между собою поперечинами; на них опирается сиденье водолаза с будочкою. С обоих сторон санок прикреплены поплавки-мешки, которые могут быть наполнены сжатым воздухом, запасным в стальных цилиндрах, укрепленных тут же, под руками. Надувание и опоражнивание поплавков производится поворотом клапана. Пока поплавки наполнены воздухом, санки держатся на поверхности воды и в это время имеют вид, представленный на рис. 5. В этом виде саночки могут быть двигаемы на буксире куда угодно; для передвижения их в распоряжение водолаза и предоставляется особая моторная лодочка. Для того, чтобы погрузиться в воду, водолаз располагает двумя способами: он может либо выпустить воздух из поплавков, либо повернуть вертикальный руль, приделанный спереди, между загнутыми кверху передними концами полозьев. В том и другом случае санки плавно погружаются в воду и тихо, без толчка, опускаются на дно. Если ему надо подняться из-под воды, он может для этого либо надуть воздухом поплавки, либо повернуть вертикальный руль к подъему. В то время, как моторная лодка (с которой он соединен телефоном и которая идет, останавливается, поворачивает, вообще движется по его команде) влечет его, водолаз внимательно следит за фигурою дна и поворотом вертикального руля опускается и поднимается со своими санками, сообразуя эти движения с неровностями дна. Для поворотов в горизонтальном направлении ему служат два обыкновенных руля, поставленных позади санок; их можно видеть на рис. 4. Находясь под водою, водолаз производит подъемы и спуски чаще всего движением руля, сберегая по возможности запасы сжатого воздуха на случай крайности.
Инженеры предсказывали сначала, что эти санки под водою окажутся очень неповоротливы, что вода будет оказывать сильное сопротивление их движению. Но прямые опыты доказали, что эти опасения были очень преувеличены: на самом деле санки легко и послушно идут за букерующей моторной лодкой. Водолазу, впрочем, нечего опасаться какой бы то ни было порчи или неисправности этих санок. Случись что бы то ни было, он, будучи совершенно независим от санок, немедленно их покинет и, будучи снабжен аппаратом, который уже описан в первой половине этой заметки, спокойно поднимется на поверхность; а на моторной лодке уже будут знать по телефону, что он бросил санки, поднимается наверх, и его немедленно подхватят.
Спуск санок на воду производится либо по наклонной сходне, либо посредством крана. Продолжительность же пребывания водолаза под водою вполне зависит от запаса воздуха в аппарате. Углекислота, образующаяся от дыхания водолаза, поглощается едкими кали, а этого вещества снаряд позволяет захватывать с собою столько, что его хватает на три часа. Но, конечно, и человек человеку рознь, и то, что достаточно в одном случае на три часа, в другом не хватит и на два, или наоборот. Впрочем, в случае надобности, водолаз всегда может подняться наверх, на свою моторную лодку, на которой у него всегда имеются все припасы; таким образом с двумя-тремя незначительными перерывами он может работать хоть целый день под водою.
Снаряды, выпущенные любекскою фирмою „Dräger-Werke“, имеют очень важное значение в водолазном деле и, быть-может, намечают собою новый путь в этой области. Главное их достоинство в том, что они отгранивают зависимость водолаза от внешняго мира, предоставляя его самому себе, дают ему полную свободу действий; из человека „на цепочке“ он становится вооруженным этими приборами, свободно движущимся человеком. А свобода движений для водолаза вещь в высшей степени существенная, потому что очень часто в задачу его входят такие работы, которые либо крайне затруднительны, либо вовсе невозможны, если он работает на привязи. Как, например, ему быть, если надо найти потопувшее судно, положение которого в точности неизвестно? Ведь при этом ему надо отдать дно на пространстве, быть-может, квадратной версты, если не больше. Как проникнуть, будучи на привязи, внутрь потонувшего судна, в его каюты? С аппаратом же „Dräger-Werke“ все это становится легко осуществимым. Теперь для водолаза стали вполне подручны такие работы, как розыск на дне моря затонувших торпед, закладка и вспышка мин, отыскивание поврежденных мест на подводных телеграфных кабелях и т. п.
Можно надеяться, что на этом дело не остановится. Теперь пока водолаз все еще остается в зависимости от своего моторного судна, которое буксирует его и возит его запасы. Но возможно прекратить и эту последнюю связь водолаза с внешним миром, сделать его вполне независимым, дав в его распоряжение какую-нибудь подводную лодку с громадным запасом воздуха и всего, что нужно для продолжительного пребывания под водой. И тогда, быть-может, это подводное плавание сделается даже предметом любительского спорта.
Здесь будет кстати сообщить о том, что у нас, в России, водолазное дело было предметом особых забот со стороны морского ведомства, выразившихся, между прочим, в учреждении специальной школы для водолазов в Кронштадте. Она была основана в 1882 году. Курс в ней одногодичный, зимой теоретический, летом практический. В школе ежегодно обучается восемьнадцать нижних чинов и некоторое число офицеров. Для практических занятий установлен в школе бассейн глубиною в двадцать три фута. Летом ученики занимаются практикою в Финляндии. Эта школа, несмотря на ее кратковременное существование, уже оказала заметное влияние на развитие водолазного дела в нашем отечестве: так, напр., большая часть водолазных снарядов выделывается в России, а не привозится из-за границы. У нас появились выдающиеся специалисты по водолазному делу, как, напр., доктор Храбростин и Шидловский, морские офицеры Серебреников, Бровкин, Кононов, Колбасьев; все они внесли в водолазное дело разные усовершенствования. Нижние чины водолазы, кроме усиленного содержания, получают по рублю за каждый час, проведенный в работе под водой.
Подписи к иллюстрациям
- Схема слева (стр. 693): 1. Схема устройства безтрубочного аппарата для снабжения водолаза воздухом. (На схеме подписи: «Ход струи воздуха», «Шлем», «Одежда водолаза», «Сжатый кислород», «Коробка с решетками для поглощения углекислоты», «Сжатый кислород», «Указатель давления сгущенного газа», «Снаряд для поглощения углекислоты выдыхаемого»).
- Фото 2 (стр. 693): 2. Внешний вид водолаза, вооруженного прибором для снабжения его воздухом, изготовляемым любезною фирмою „Dräger-Werke“.
- Фото 3 (стр. 693): 3. Водолазные санки (вид спереди).
- Фото 4 (стр. 696): 4. Водолазные санки (вид сбоку).
- Фото 5 (стр. 696): 5. Водолазные санки на воде, перед погружением.
Благодарим за информацию капитана III ранга Сергея Юрьевича Рычкова
