Москва сама позволяет Киеву вести откровенно антироссийскую политику. И Украина к этому уже привыкла…

Михаил Погребинский. Фото: Анатолий Струнин/ТАССМихаил Погребинский. Фото: Анатолий Струнин/ТАСС

— Вы хотите меня посадить здесь в СБУ (служба безопасности Украины. — Ред.)?! — то ли в шутку, то ли всерьез выпалил мне в телефонную трубку директор Киевского центра политических исследований и конфликтологии Михаил Погребинский.

Накануне он обронил, что Москва недостаточно жестко ведет себя по отношению к Киеву в ответ на явную антироссийскую политику. Тут и уже принятый закон о госязыке (о мове), из-за которого, к примеру, в Одессе уже увольняют говорящих по-русски продавцов.

И одобренный Верховной радой, но пока не подписанный Зеленским закон об образовании, согласно которому школьники лишаются возможности обучаться на русском языке.

И вечные попытки переписать историю, героизировать бандеровцев, разрушить советские памятники, приравнять «ветеранов»-карателей к ветеранам-победителям…

В своей одержимости избавиться от всего русского нынешний Киев уже погрузил страну в кровавый хаос, экономическую бездну и позорную реальность.

«Россия должна жестче бороться за русский язык», — сказал Погребинский журналистам. А я позвонил ему и спросил: «А как?»

Венгерский пример

— Я бы не хотел, чтобы выглядело, будто я предатель Украины, — стал подбирать слова киевский политолог. — Но нынешняя политика России в отношении Украины никуда не годится. Она всегда была ориентирована на работы с «элитами», если их можно так назвать. С руководством страны, с бизнесом — в надежде на то, что коммерческие отношения с теми, кто что-то решает в стране, гарантируют добрососедские отношения. Это была очень серьезная ошибка.

— Это же продолжалось годами. Почему только шесть лет назад Украину вдруг прорвало?

— Намного раньше. С первого года независимости Украины началось медленное вытеснение русского языка из всех сфер. Через первые 10 лет незалежности мой центр опубликовал двухтомник «Русский язык в Украине». К 2001 году количество детей, обучающихся на русском языке в школах Украины, сократилось в 10 раз! И при Кучме, и при Януковиче это продолжалось. Ускорилось при Ющенко, но радикально не менялось.

— И Россия на все это смотрела сквозь пальцы…

— Абсолютно! Причем не просто сквозь пальцы, она людям, принимающим решения, давала возможность зарабатывать огромные деньги. На российском газе, например. Или зять Кучмы — Пинчук, который зарабатывал сотни миллионов долларов на продаже России газовых труб. После 2014 года эти бизнес-схемы начали сокращаться. Но они не исчезли. Остались работающие здесь банки, они финансируют промышленность и сельское хозяйство, зарабатывая на этом. Российские олигархи финансируют антироссийские культурные проекты, включая антироссийские фильмы. Это удивительно! Раз происходит вытеснение русского языка и культуры, Москва должна дать понять: если это будет продолжаться, каких-то преференций Украина не получит.

— Как повели себя в языковом вопросе Румыния и Венгрия…

— Больше даже Венгрия. Там очень жестко заявили Киеву: будете выдавливать венгерский язык, никаких встреч Украина — НАТО не будет. И ведь добились своего. Сейчас, конечно, сложно все отыграть назад. А вот 10 лет назад это можно было решить.

Советских инструментов недостаточно

— Так надо было еще тогда об этом кричать…

— А кто нас слушал? Мне приходилось об этом говорить с одним из высших российских руководителей. Вот у нас, мол, работают такие-то российские олигархи, зарабатывают такие-то деньги. Почему бы их не озадачить, пусть каждый организует фонд, который будет противостоять западным фондам типа Карнеги, которые финансируют антироссийскую деятельность среди молодежи. Это не очень большие деньги, но это могло бы изменить ситуацию. На что мне ответили: «У меня и так столько проблем с ними, что еще и это на свою голову я брать не буду. Сами там у себя разбирайтесь со своими проблемами». Я тогда подумал про себя: «Скоро это станет вашей проблемой». Было это в 2002 году. Я еще тогда цифры приводил. В российских вузах бесплатно на тот момент обучались 300 украинских ребят. А в польских — 3000! Россия могла себе позволить такое количество? Конечно.

Но этого не делается и сейчас.

Есть еще один момент. Это некая традиция российской власти — не работать с оппозицией.

— Ну Путин же сейчас встречается с одним из главных украинских оппозиционеров — Медведчуком.

— Это только теперь началось. А раньше Москва считала, что достаточно советских инструментов — общая историческая память и прочая словесная чушь, которая дает возможность обойтись без работы с оппозицией. Зачем работать с гражданским обществом, если все можно порешать с властью и бизнесом? А Запад работает очень активно, массированно, ежедневно. Есть «Радио Свобода», «Радио Свободная Европа», каналы, интернет-сайты… У нас же были какие-то безнадежно фиктивные пророссийские организации, которые регулярно получали деньги и тратили их на свою жизнь. И это продолжается до сих пор! Можно посмотреть на фотографии людей, которых собирает глава Россотрудничества. Я не знаю ни одного лица. Они ни на что на Украине не влияют и никакой работы в интересах соотечественников не ведут.

— Ну вот вас в лицо знают многие…

— …это потому что я выступаю на российском телевидении, и меня уже записывают во враги Украины.

— Вот что бы вы предложили конкретного? Только так, чтобы вас не посадили за госизмену.

— Есть суд по правам человека. Есть ратифицированная Украиной Хартия о языках — она не просто не выполняется, принятые законодательные акты прямо противоречат не только хартии, но и украинской конституции. Но от России есть хоть какая-то жалоба в Совет Европы? Нет. Где пригвоздили к позорному столбу украинскую политику за грубое нарушение взятых на себя обязательств? Нигде.

Михаил Борисович, чувствуется, мог дать еще пару-тройку советов. Но за них его наутро после публикации могли бы точно обвинить в сепаратизме, покушении на суверенитет, госизмене и в чем там еще на Украине сегодня обвиняют за слова.

Поэтому мы благоразумно распрощались.

Пищи для размышлений было и так достаточно.

Переучет

Чем мы торгуем

По данным киевской госслужбы статистики, после майдана и вплоть до 2016 года товарооборот между Россией и Украиной падал. Однако начиная с 2017 года пошел в гору и сохраняет рост до сих пор.

В 2018 году Россия ввезла с Украины товаров на 3,65 млрд долларов. Украина же отоварилась в России на 8 млрд долларов.

За 8 месяцев прошлого года эти показатели достигли 3,3 и 5 миллиардов долларов соответственно.

Основные виды экспорта России на Украину — нефть, дизтопливо, уголь и топливо для атомных электростанций. Меньше Киев тратит на российские котлы, машины, реакторы, продукцию черной металлургии, удобрения, бытовую химию (сюда, разумеется, не входит российский газ, который Украина покупает под видом европейского).

В Россию же с Украины ввозится в основном продукция черной металлургии, химической промышленности, аппаратура, машины… Всего больше 20 позиций: от продуктов и книг до драгоценностей и изделий из кожи и меха.

Санкции

Лишь в 2018-м (через 4 года после майдана) Россия ввела санкции против 68 украинских компаний и более 300 украинских граждан, среди которых — глава МВД Украины Аваков, экс-премьеры Яценюк и Тимошенко, лидер «Правого сектора» (запрещенная в РФ организация) Ярош, экс-секретарь СНБО Украины Турчинов…

В совокупности потери Украиной от введенных Россией санкций оцениваются в 1 миллиард долларов. В общем-то немного. Есть куда расти.Тем временем Россия переходит с Белоруссией на рыночные отношения.

Александр Коц

ИСТОЧНИК KP.RU