После начальных 4-х классов с классной руководительницей Зинаидой Александровной Гориновой в классе»Б», новой классной у Сашки стала Галина Андреевна Савченко. Он помнил, что преподавала она географию, одноклассница Наталья Левина поправила- химию. Раньше преподавала химическую науку в восьмилетке, но потом, как и Борис Верман, перешла в среднюю школу. Очень интересная и полезная эта наука химия. В Симферополе, в котором забегая вперёд скажу Сашка вскоре оказался, преподавал в дореволюционной гимназии №1 сам светило этой науки Дмитрий Менделеев! Когда нашему ученику удалось постичь всю стройность и глубину периодической системы элементов — это стало для него откровением и настоящим потрясением от всего этого масштаба открытия русского учёного.
Да и сами опыты с химическими веществами были что чудеса и фокусы. Так вот, Галина Андреевна — это та, сухощавая, с немного рябоватым лицом, средних лет женщина, которой наш Сашка должен быть благодарен до конца своих дней за хорошее образование и благоволение. Объявили как-то конкурс стенных газет. Немного нехотя, взялись за это дело. Сашка и ещё пара человек вошли в редколлегию. Сказано им было сделать сатирическую газету. Ну, тут уж хлебом не корми, только дай подтрунить над одноклассником. Нашёлся среди нас неплохой рисовальщик — Колька Бухальцев. Он изобразил большой шприц из которого доктор и учитель выжимали лекарственные фонтанчики, превращавшиеся в лужи, а в них двоечников, нарушителей дисциплины, нерях и прочих разгильдяев. Сашка придумал для каждого едкую эпиграмму. Содержание не помнится, но довольно смешно получилось. Раскрасили все эти дела, оформили, как положено: название, №., состав редколлегии. И забыли про неё.
Как вдруг, приходит известие, что газета наша заняла 1-е место в Сахалинской области! Весь класс взбудоражился. А тут ещё объявили, что в награду дана путёвка во Всесоюзный пионерский лагерь «Артек».Стали думать, голосовать: кого отправить? Предложили Бухальцева, и Сашка за него голосовал, он и впрямь больше всех постарался. Но наш Бухальцев был двоечником, с ленцой (а там надо было месяц ещё учиться, в школу ходить) и Галина Андреевна сказала:»Поедет Саша Деточкин». Вот это была его первая победа и он уверовал, что они ещё будут.
Собрали группу со всего острова — человек 30, каждый где-то отличился и с двумя сопровождающими полетели. Уже в Симферопольском аэропорту был удивлён маревом жары ( сам воздух был виден поднимавшийся вверх от раскалённой бетонной полосы ) кипарисами, туями и пальмами, которых никогда не видел и этим их неповторимым запахом Юга. Привезли к железнодорожному вокзалу, где располагается и поныне пятиэтажное здание с гостиницей и базой «Артека». В судьбе человека место это сыграет ещё свою заметную роль, пройдёт каких-то ровно одиннадцать лет. Но ничего этого наш пионер тогда не знал, да и знать не мог. Об этом отдельный рассказ, и то, если очень попросят.
Пока везли детвору в артековском автобусе на ЮБК — южный берег Крыма, успел разглядеть как растут яблоки, груши, сливы, виноград. То, чего на Востоке он и в магазине не всё видел. А если и видел, то только в 3-х литровой банке в виде сока. Привезли в лагерь у самого Чёрного тёплого моря, у подножия Медведь горы. Сам лагерь имел обширную, очень живописную территорию, которую отдыхающие облюбовали ещё при старом режиме, задолго до революции. Состоял он из нескольких лагерей, меж которыми никаких заборов не было. Сашка попал в 9-й и самый старый из них — Кипарисный, расположенный под скалой с Генузкой крепостью, в небольшом уютном и воспетом Пушкиным Гурзуфе, где светило русской литературы бывал. Собрались в отряде, где Сашка оказался, ребята со всего Союза: москвичи, с Чувашии, республик Средней Азии и других мест. Из других стран приезжие отдыхали в более современных лагерях. За смену несколько тысяч ребят со всего Света окунались не только в Чёрное море но и океан детского счастья. Всех переодели: выдали форму повседневную и парадную. Повседневная форма: белая рубашка с коротким рукавом, шорты, панамка . Парадная очень красивая была: белая рубашка с длинным рукавом и золотистыми пуговицами, синие шорты, такая же пилотка и белые гольфы.
Для спортивных занятий добавлялись куртка и бриджи из холщёвки. Жили в одноэтажных корпусах, девочки и мальчики отдельно. Кстати, форма у тех и других была абсолютно одинакова (не очень девчата в таком возрасте отличались своими особенностями). В каждом отряде были вожатые — студенты на практике. Обязательным атрибутом у детворы и руководства был пионерский галстук. День начинался с подъёма под пионерские горны. Потом умывание, заправка постели, зарядка и завтрак. Кормили очень вкусно. Конечно много фруктов, выпечка, сладости. Потом пионерская линейка всего лагеря — построение на большой площадке-плацу. Потом занятия в кружках и секциях, общеартековские мероприятия: встречи с именитыми гостями, участие в концертах и пр. И так, пока не наступило 1-е сентября. Выдали всем учебники, школьные принадлежности и стали ходить строем в Гурзуфскую школу. Учиться в новом месте было интересно, успеваемость у всех пошла нормальная, ведь присылали лучших. Ходили много строем, учили речёвки, песни пионерские.
Повели ребят в музей космонавтики, расположенный в Артеке же, в бывшем дворце местечка называвшегося до революции Суук-Су. Отряд космонавтов отдал детям всё лучшее космическое, только самой ракеты не хватало. Но и их увидел он позднее на ВДНХ СССР в Москве. Можно было потрогать настоящий скафандр космический, увидеть бортпайки, средства спасения, парашюты, подарки самих космонавтов и пр. Но больше всего понравилась живая диорама с летящем в космосе космонавтом. В натуральную величину манекен в скафандре с помощью хитроумной подвески вращался во всех направлениях на фоне звёздного неба и земли, создавая полную иллюзию невесомости.
Сашка тут же записался в ракетный кружок, где его научили делать действующий модель ракеты. Корпус и хвостовое оперение клеили из толстого картона, ватмана. Отдельно — обтекатель с головной частью, направляющие кольца на корпусе. Устанавливали пороховой заряд в виде охотничьего патрона с бикфордовым шнуром, модель насаживали на железный направляющий штырь и поджигали заряд. На радость детворе ракеты взлетали на 70-80 метров, срабатывал вышибной заряд и ракета плавно спускалась на парашюте. Свою ракету и несколько зарядов, Сашка увёз на Сахалин (наш Аэрофлот ничего такого от него тогда не ожидал) и там удивлял детвору. Были дальние походы на Грушевую поляну, живописный подъём на 500-метровую Медведь гору, поездки в Никитский ботанический сад, царский дворец в Ливадии. Ну и костёр пионерский, конечно был, с задорным гимном: «Взвейтесь кострами синие ночи! Мы пионеры — дети рабочих…»
Затеяли военизированную игру «Зарницу» под названием: «Ракеты не должны взлететь». Каждый нашил себе картонные погоны. Одни — красные, другие — синие. Сорвали погон, считай убит, выбываешь из игры. Готовились к рукопашной и сдаваться никто не собирался. Сашкины синие держали оборону и их отряд отвели на позицию в лесок, приказали держаться. Держались как могли долго, уже и стрельба автоматная пошла, потом ракеты полетели, а на Сашкином направлении- никого и ничего! Пришли за ними хорошо хоть: всё война закончилась. Оказалось: красные высадили десант на шестивёсельных ялах в тылу, где их никто не ждал, добрались до ракет и сделали своё дело. Сашке и товарищам до слёз было обидно: так готовились, а война прошла мимо. Вот и такое бывает на свете.
Была у взрослого уже этого артековца на День Победы встреча у Вечного огня мемориала в Гагаринском парке Симферополя с ветераном Великой Отечественной. Призвали его в Керчи, пешком отправили с ротой на Крымский перешеек, куда фашист рвался. А там командир написал донесение и послал его к комбату. Очнулся он уже в госпитале. Попал под бомбёжку, чудом откопали. Неделю побыл на войне, ему даже винтовку выдать не успели и всё, война для него закончилась, говорил с трудом, на всю жизнь остался инвалидом. Повезло ему, или нет?
Каждый год фотографировал Александр убелённых сединами и увешанных орденами, медалями людей. А на следующий — раздавал фотографии. Только вот из двух братьев Балаклавских, как-то, один не пришёл и всё больше и больше оставаться фотографий стало.
Запомнился Сашке в Артеке и один, связанный с оружием тяжёлый случай. Во время линейки лагерной салютовали из ракетниц вожатые лагерные, стоявшие на пригорке. У одного случилась осечка, он, в нарушение всех инструкций, опустил ракетницу вниз, не выждав положенное время. Произошёл выстрел, ракета рикошетом об асфальт попала в живот девочке из Узбекистана. Поднялся большой переполох. Девочка осталась живой, но получила серьёзную травму, её тут же увезли на скорой. Не известно, что сталось с виновником, но на всю жизнь Сашка запомнил, что с оружием надо обращаться строго, соблюдать правила безопасности.
Пролетели быстро денёчки, под конец смены устроили большой пионерский костёр, горланили «Взвейтесь кострами синие ночи» и другие хорошие песни. Если бы каждый побывал в этом лагере, было бы больше добра на Свете. Расставаться с ребятами, с которыми сдружился, было жаль. Обменялись адресами и какое-то время переписывались. Всем выдали «Удостоверение пионера-артековца». Отыскал его обладатель как-то: ба, ровно 40 лет исполняется его смене! Отправился в лагерь: увы, проход запрещён. Напрасно он с этим удостоверением доказывал охране, какой же он посторонний? Добавив к документу ещё аргументов, уговорил — таки обороняющихся и разрешили на час свидание с детством. Нашёл Сашка свой корпус, где жили, столовую, пляж, ну, понятно — Генузкую крепость, которую никто не тронул, остальное всё изменилось. Да и попадать стали в лагерь за деньги. Это сейчас статус лагеря восстанавливается.
Учитывая Сашкины активности, отправили его позже ещё и во Всероссийский пионерский лагерь ЦК ВЛКСМ «Орлёнок».Располагался он под Геленджиком на Кавказком побережье. Там уже всё было серьёзно и возраст постарше — предкомсомоьский. Попал в лагерь под названием «Морской», дружину «Штормовую», отряд «Гаджиевец». Всем, и девчонкам, выдали настоящую матросскую форму: суконные чёрные брюки, синюю суконную фланку-рубаху, тельняшку, гюйс, бескозырку. И, уже раз надев её, хотелось никогда не снимать! Доверили дальневосточнику взводом командовать, справился.
А как начали узлы морские вязать, морской практикой заниматься укрепился только в своём военно-морском предназначении. Ребята москвичи были в отряде — детская театральная студия, ставившая «Молодую гвардию» Фадеева. Много чего порассказали, что правда в романе, что нет. Ходили также в школу, учились. Учили в лагере и тому, чему в школе не научат — бальным танцам, целых пять разучили. Серьёзную музыку, оперы слушали. Посмеивались ребята зря, всё в жизни пригодилось.
А ещё, Сашка увлёкся фотографией и часами просиживал в лаборатории с проявкой и печатью. Повезли ребят прикоснуться к подвигу в Город-Герой Новороссийск: на всю жизнь была прививка патриотическая. В общем, перед Страной Советов наш пионер в большом долгу за счастливое детство.
